
Фильм "Иван Грозный" был снят в тяжелые времена 1942 и 1943 годов. Этот шедевр Сергея Эйзенштейна считается одним из лучших фильмов его карьеры. Исследователи кинематографа утверждают, что сам Иосиф Сталин дал приказ снять эту картину. В то время киностудии "Мосфильм" и "Ленфильм" были эвакуированы в Алма-Ату из-за Великой Отечественной войны. В этом городе и проходили съемки "Ивана Грозного".
Съемочная группа работала в огромном павильоне в центре Алма-Аты, который был сооружен из шатра цирка "Шапито". Работы было невероятно много, и участники группы часто работали дни напролет, иногда даже ночами из-за проблем с электричеством. Все были на исходе своих сил, и им приходилось даже испытывать голод.
Именно в этот период были созданы потрясающие костюмы для фильма "Иван Грозный". Главным художником фильма был И.А. Шпигель, а Всеволод Воинов, известный художник-иллюстратор и профессор Ленинградской Академии, занимался костюмами, реквизитом и бутафорией, сотрудничая с С.М. Эйзенштейном. Воинов проводил дни и ночи, изучая древние одежды, чтобы создать эскизы костюмов, сочетая в себе историческую правду и вымысел.

Лидия Наумова за работой над эскизами к фильму "Иван Грозный", Алма-Ата, 1943 год. Фотография из книги "Рисунки Сергея Эйзенштейна 1942-1944. Коллекция Лидии Наумовой".
Одной из ключевых фигур в создании костюмов к "Ивану Грозному" была Лидия Наумова. Хотя она не имела опыта работы в кино, ее талант и усердие были признаны, и она стала участвовать в создании костюмов для этого величественного фильма. На начальном этапе ее работа заключалась в помощи Воинову, детализации его эскизов и контроле за изготовлением костюмов. Однако ее творческий подход и талант неизбежно привели к тому, что она начала создавать эскизы костюмов самостоятельно, разнообразив свою деятельность.

Семья Жаровых 1938 год. Фотография из книги "Рисунки Сергея Эйзенштейна 1942-1944. Коллекция Лидии Наумовой".
Лидия Ивановна была неизвестна в кинематографе, занимаясь ранее книжной и плакатной графикой, оформлением театральных спектаклей, уличных празднеств, а также созданием одежды. На съемках фильма "Иван Грозный" она начинала работать ассистентом Всеволода Воинова, ответственной за деталировку эскизов и контроль за производством костюмов. Однако Лидия Наумова часто создавала собственные эскизы костюмов для разнообразия.
Однажды, Эйзенштейн заметил ее карандашные "почеркушки" среди бумаг, когда зашел в комнату, где работали художники и реквизиторы.
«Рисуйте не костюмы, а персонажи, - бросил он. - Что юбки делать, пиджаки чертить! Делайте образы!»
«С этого мгновения, - вспоминала Лидия Ивановна, - занялась я «официально» проектированием костюмов фильма». Вначале она использовала эскизы Воинова как отправную точку для разработки образа персонажа и деталировки костюма. На некоторых из этих эскизов были подписи Эйзенштейна и Воинова. Однако на других рисунках присутствовала только подпись Сергея Михайловича, что говорило о том, что это авторские работы Лидии Ивановны. После смерти Всеволода Воинова в 1943 году, полная ответственность за создание костюмов к фильму "Иван Грозный" была возложена на Лидию Ивановну.

М.Жаров и Л.Целиковская в перерыве между съёмками. Фотография из книги "Рисунки Сергея Эйзенштейна 1942-1944. Коллекция Лидии Наумовой".
Было не только необходимо изучить материалы по костюмам эпохи, но и вникнуть в сам период, понять образы и манеру поведения персонажей. Для этого требовались книги, которых в то время было трудно найти в Алма-Ате. Александр Германович Нордкин, муж Лидии Ивановны, пришел на помощь. Узнав о ее приеме в съемочную группу фильма "Иван Грозный", он писал: "Ты получила работу, которая, если все будет хорошо и фильм будет выпущен, пройдет через века".
Высланные из Москвы Александром Германовичем книги, журналы, фотографии, бумага и ватман были невероятно полезны для работы Лидии Ивановны. Среди отправленного материала были два тома фламандских художников и немецкая история с цветными иллюстрациями, альбомы по раннему Возрождению, "Исторический костюм", книги по замковому английскому интерьеру XIV-XV веков, учебники по рисунку и другие издания, которые могли помочь в работе. В одном из писем Александра Германовича были такие слова: "Тебе можно только позавидовать. Работать в искусстве - это истинное удовольствие".
Между режиссером и художницей быстро установились доверительные отношения. Лидия Ивановна говорила: "Я никогда не была спичкой в колеснице Сергея Эйзенштейна, всегда отстаивала свою творческую и профессиональную позицию, и он уважал меня за это. Он называл меня "Лидёшником" и считал "своим парнем". Я всегда могла возразить ему - и он с уважением относился к этому. "Лидёшник в атаке!", - шутил он".
От Лидии Ивановны требовалось учитывать, как будут выглядеть костюмы не только с учетом характера персонажа и внешнего вида актера, но и от режиссерского решения мизансцены. Эйзенштейн уделял огромное внимание деталям, что видно из его пометок на эскизах, и Лидии Ивановне приходилось предусмотреть, как будет выглядеть на экране, например, парчовый кокошник Анастасии, серебряный ворот на одеянии Ивана, металлические бляхи на костюме Халдея и многое другое.

Кадр из фильма. Актёр Н.Черкасов. Фотография из книги "Рисунки Сергея Эйзенштейна 1942-1944. Коллекция Лидии Наумовой".
Костюм Грозного играет огромную роль в создании образа. Особенно великолепен эскиз царя в шубе. Распахнутая драгоценная шуба создает впечатление, что она практически вобрала в себя окружающее пространство своими тяжелыми складками. Вертикальная фигура царя подчеркнута посохом в его сильной руке. Маленькая, стройная и злобная голова, выглядывающая из роскошных мехов шубы и шапки, делает царя похожим на ощетинившееся хищное животное. Богатые орнаменты создают ощущение, что одежда изготовлена из драгоценных материалов и доступна только царю. Шуба так велика и великолепна, что едва помещается на странице из-за своего размера в соответствии с худым телом царя.

Кадр из фильма. Актриса С.Бирман в роли Ефросиньи Старицкой. Фотография из книги "Рисунки Сергея Эйзенштейна 1942-1944. Коллекция Лидии Наумовой".
Решение Евфросиньи Старицкой в другом эскизе Наумовой напоминает изображение близко по стилю: резкая вертикаль фигуры, властное движение посоха, тяжелая и роскошно расшитая шуба, а также властная надменная голова в мехах.
Следует отметить, что работа проводилась в условиях крайней ограниченности ресурсов. Из-за занятости режиссера не всегда было возможности личного общения, поэтому участники обращались к нему с письмами. Лидия Ивановна вспоминала, что он всегда отвечал на все вопросы быстро и по существу, всегда старался делать все на отлично.

Наброски-пожелания С.Эйзенштейна с пометками. Фотография из книги "Рисунки Сергея Эйзенштейна 1942-1944. Коллекция Лидии Наумовой".
Письма и записки Эйзенштейна, а также его рисунки были хранимы Наумовой с особым уважением. Всего было 92 рисунка, которые она бережно хранила. Она видела особую ценность в том, что все рисунки были подарены лично автором. Для Лидии Ивановны одобрение мастера и дружественное внимание, которые она чувствовала через записки, вдохновляли ее на творчество.

Фото С.Эйзенштейна с дарственной надписью Наумовой, 4 июля 1944 года. Фотография из книги "Рисунки Сергея Эйзенштейна 1942-1944. Коллекция Лидии Наумовой".
Несмотря на то, что всё - тяжелейшие для съемок сцены, массовка, декорации, костюмы, - было сделано на пределе возможностей, эта работа не перестаёт удивлять зрителя и сегодня. Необычайно выразителен каждый кадр фильма. Немалая заслуга в этом принадлежит, конечно, костюмам, которые художники проработали с необыкновенным вниманием к каждой детали.
Время работы с Сергеем Эйзенштейном стало для художницы великолепной школой и началом её длинного самостоятельного пути в кино. Встречу с Мастером, период тесного общения с ним она сама считала самым значительным событием своей жизни.
«Я об Эйзенштейне могу говорить часами. Да что часами! Днями, неделями - всем временем, прожитым рядом с ним…».